В частично рассекреченном докладе ЦРУ о ситуации в Советской Грузии, датированном 15 декабря 1972 года, американские аналитики зафиксировали парадокс, который до сих пор не утратил актуальности: Сталин подавлял любые грузинские стремления к независимости от Москвы — и одновременно обеспечил своей родной республике исключительное положение в советской иерархии.
Согласно докладу, при Сталине Грузия пользовалась привилегированным экономическим статусом, недоступным другим республикам. По числу частных автомобилей на душу населения она опережала весь остальной СССР. Колхозники зарабатывали, торгуя продукцией с личных участков по всему Союзу, а жители Тбилиси славились готовностью тратить деньги на хорошую еду и вино. Авторы доклада прямо указывали: источником грузинского благосостояния нередко служили теневые деловые схемы, и это было общеизвестно. Сами грузины с удовольствием подчёркивали, что в республике до сих пор есть свои миллионеры.
Отдельно аналитики ЦРУ остановились на культе памяти Сталина. Когда в 1956 году Хрущёв выступил с докладом, осудившим культ личности, в Тбилиси вспыхнули беспорядки — по оценке авторов документа, самые серьёзные гражданские волнения в СССР за весь послевоенный период. Москва сделала выводы: грузинам негласно позволили продолжать чтить своего земляка. Эспланада в Тбилиси была переименована в честь Сталина, его портреты появились на городских автобусах. Для грузин, констатировали аналитики, Сталин оставался национальным героем и символом грузинского величия — народ был упрямо, пусть и несколько извращённо, верен его памяти.
В национальном отношении Грузия также выбивалась из общесоветского ряда. В отличие от большинства республик, она так и не была русифицирована в сколько-нибудь значительной мере. Руководство республики оставалось почти исключительно этнически грузинским: среди 123 полноправных членов ЦК Грузинской ССР насчитывалось лишь семь славян. Грузия была единственной республикой, где за десятилетие численность русского населения не выросла, а сократилась — на фоне открыто антирусских настроений, которые грузины всё менее скрывали.
Тбилисскую атмосферу доклад описывал как живую, шумную и свободную по советским меркам. При этом аналитики фиксировали очевидное противоречие: республика официально имела самое жёсткое антинаркотическое законодательство в СССР — и одновременно, судя по всему, одну из наиболее острых наркотических проблем. Незаконного огнестрельного оружия в Грузии, по оценке ЦРУ, было больше, чем где-либо ещё в Союзе.
Портрет советской Грузии образца 1972 года, зафиксированный американской разведкой, — это республика, получившая от Сталина больше любой другой, сохранившая его образ как символ национального величия и при этом никогда не считавшая себя по-настоящему советской.