Сослан Плиев: «Мы кажемся вам архаичными? Ок. Мы такие»

Сослан Плиев ответил продюсеру Анне Керн, которая пожаловалась на негативную реакцию жителей Северной Осетии на съёмки так называемых кринж-проектов в горах республики. По его мнению, неприятие подобных форматов связано не с неспособностью осетин понять современное искусство или юмор, а с нежеланием мириться с нарушением местных норм поведения.

Плиев сравнил подобные съёмки с ситуацией, когда посторонние люди приходят в чужой двор и начинают вести себя так, как считают нужным, не обращая внимания на мнение жителей.

«Если у нас во дворе, скажем, случатся пляски в голом, пьяном или любом другом виде, противоречащем моим представлениям о нормах поведения, я, скорее всего, выскажу недовольство. И все соседи наверняка тоже», — отметил он.

По словам Плиева, объяснения организаторов о том, что происходящее является кринж-проектом, перформансом или творческим экспериментом, не обязывают местных жителей принимать такой формат. Он подчёркивает, что речь идёт не о национальности, религии или политических взглядах, а о соблюдении правил на территории, которую люди считают своим домом.

«Даже если исполнители будут кричать, что мы тупое быдло, а у них тут кринж-проект, а то и перформанс, мы мнения не поменяем. Это никак не связано с нашей национальностью, вероисповеданием и политической платформой», — заявил Плиев.

Он добавил, что существующие в обществе ограничения не противоречат ни законодательству, ни общепринятым нормам поведения. Поэтому жители республики вправе негативно относиться к стройкам, съёмкам, мероприятиям и действиям, которые нарушают сложившиеся традиции или правила.

«Просто не надо нарушать определённые правила в нашем дворе. Которые, заметьте, никак не противоречат ни общечеловеческим нормам поведения, ни законам нашей страны», — подчеркнул он.

Плиев признал, что со стороны осетинское общество может восприниматься как архаичное, однако считает это частью его культурной специфики.

«Мы кажемся вам архаичными? Ок. Мы такие. Кто-то больше, кто-то меньше. Но это вот такая специфика. Называется „традиционное общество“», — заключил Сослан Плиев.