В Краснодаре полицейские задержали 29-летнего жителя Северной Осетии, который участвовал в схеме телефонного мошенничества и должен был забрать у пенсионера почти 3 млн рублей.
78-летний мужчина стал жертвой классической многоступенчатой схемы. Сначала ему пришло сообщение от якобы знакомой с вредоносной ссылкой, затем позвонил неизвестный и сообщил о взломе данных. На следующий день с ним связались уже лже-сотрудники ФСБ и Росфинмониторинга, убедившие его снять деньги и передать «представителю Центробанка».
Когда мошенники потребовали новую сумму, мужчина заподозрил обман и обратился в полицию. Передача денег проходила уже под контролем правоохранителей.
Задержанный оказался дроппером — он забирал наличные у жертв, переводил их в криптовалюту и получал за это фиксированное вознаграждение и процент от суммы.
На этом фоне Северная Осетия всё чаще фигурирует в подобных схемах как регион, где мошенники находят исполнителей для обналичивания средств. Речь идёт в первую очередь о так называемых дропперах — людях, которые за деньги предоставляют свои банковские карты, сим-карты или лично участвуют в передаче средств.
Как отмечают в МВД, в такие схемы активно вовлекаются молодые люди — студенты и даже школьники.
«С начала года 30 студентов и школьников оказались вовлечены в мошеннические схемы и стали соучастниками преступлений», — сообщалось на брифинге в МВД Северной Осетии.
Параллельно правоохранительные органы фиксируют рост организованных групп, работающих в интересах телефонных мошенников.
«В результате оперативных мероприятий задержаны 13 жителей республики, которые участвовали в схемах в качестве дропперов и дроповодов, помогая обналичивать деньги», — сообщили в МВД. ([mvdmedia.ru][2])
По данным ведомства, в подобных схемах используются симбоксы, арендованные квартиры и постоянная смена локаций, что говорит о системном характере проблемы.
Таким образом, серия задержаний и текущий кейс в Краснодаре показывают формирование устойчивой модели: Осетия всё чаще становится источником кадров для мошеннических сетей, где местные жители выполняют роль исполнителей в цепочке обналичивания похищенных средств.